Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

(no subject)

29 сентября 1907 года было открыто регулярное движение электрического трамвая по улицам Санкт-Петербурга. Из Василеостровского трамвайного парка в свой первый маршрут вышли пассажирские трамваи. Первая линия прошла от Главного штаба до 8-й линии Васильевского острова. В конце 1907 года первая очередь была окончательно достроена — трамвай пошёл от площади Восстания по Невскому и Адмиралтейскому проспектам, Конногвардейскому бульвару, через Николаевский мост, по 8-9 линиям до Большого проспекта Васильевского Острова.


Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.

Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.

Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.

Николай Гумилёв. "Заблудившийся трамвай" (Отрывок)

Ольга Подъёмщикова

* * *
В девятнадцатом веке родиться
в переулке, заросшем травой,
где взлетает высокая птица
с колоколенки, еле живой.

Где повозки, кибитки, кареты,
стаи пёстрых охотничьих псов,
где мерцают порой эполеты,
закрывается дверь на засов.

Где играют с прислугою в карты
и в закуте считают цыплят,
страусиные перья, кокарды
для чего-то в чулане хранят.

Где пока не людской – только Божий
гимназистов пугает закон,
пролетарские красные рожи
не глазеют ещё из окон.

Где беспечное юное лето,
поцелуи украдкой в сенях
и случайного кабриолета
стук, неведенье, зависть и страх.

* * *
Теперь я знаю, как это бывает,
когда в ночи летящие трамваи
скользят по снегу, будто по весне.
И мы с тобой встречаемся во сне.

И мост дрожит, и поезда уходят,
и к берегу приставший пароходик
беспомощен – к окну прилипший лист.
И сон последний видит машинист.

И спят стрекозы – в ивах, в тине, в иле.
Глотаю слёзы. Вы меня забыли.
Под соснами костёр на берегу.
Из прошлого по камушкам бегу.

летняя чепуха

лето раскрасило улицы ситцевым цветом
улицы тонут в каштанах аллеи ждут ночи
старый трамвай опоздал на минуту и где-то
строгий кондуктор на счастье подарит билетик

снова дожди разыгрались с зонтами в пятнашки
в лужах находят приют облака и витрины
а разноцветное счастье укрылось в смешливых ромашках
лето с дождем акварелью рисует картины

звезды в ночи рассыпаются словно веснушки
падают вниз замирают от звездного счастья
им долететь бы до августа в нем им уютно
в августе звезды на бис исполняют свой танец

лето смеется и к морю бежит торопливо
все поезда нарушают свои расписанья
а мне бы обратно туда где по- прежнему зимно
мне бы на север где снежное тихое счастье

© Copyright: Надежда Малышкина, 2013

Владимир Набоков

Весна

Помчал на дачу паровоз.
Толпою легкой, оробелой
стволы взбегают на откос:
дым засквозил волною белой
в апрельской пестроте берез.
В вагоне бархатный диванчик
еще без летнего чехла.
У рельс на желтый одуванчик
садится первая пчела.

Где был сугроб, теперь дырявый
продолговатый островок
вдоль зеленеющей канавы:
покрылся копотью, размок
весною пахнущий снежок.

В усадьбе сумерки и стужа.
В саду, на радость голубям,
блистает облачная лужа.
По старой крыше, по столбам,
по водосточному колену -
помазать наново пора
зеленой краской из ведра -
ложится весело на стену
тень лестницы и маляра.

Верхи берез в лазури свежей,
усадьба, солнечные пни -
все образы одни и те же,
все совершеннее они.
Вдали от ропота изгнанья
живут мои воспоминанья
в какой-то неземной тиши:
бессмертно все, что невозвратно,
и в этой вечности обратной
блаженство гордое души.

1925



Источник: http://nabokov-lit.ru/nabokov/stihi/211.htm

(no subject)

" День начинается утром...Я люблю утро: все равно какое... Солнечное, искрящееся, манящее на улицу... и туманное, сырое, стучащее каплями дождя по подоконнику, в знак подтверждения того, что все, что надо тебе - уже с тобой, и можно никуда не бежать.
...И вечер я тоже люблю... И на закате, и в сумерках, и когда уже почти ночь, и видно на небе огонек летящего самолета. И в городе, и на даче...
Иногда, когда приходит новый день, даже не знаешь, что тебе больше хочется, быть с ним дома, смотреть на него из окна, или выйти к нему на улицу...
Ведь он все равно с тобой, и твой. Просто день.
И сколько бы не было у тебя понедельников - они все равно разные, и вторники, и субботы... И уж тем более воскресения...
И чем обычнее день - тем он лучше, проще, спокойнее. Он более твой...
Главное, чтобы все были живы, и у каждого был день, лично твой и один на всех...
Когда я была маленькая, и не знала еще календаря - день никак не назывался. Он был большой и серьезный. Ты просыпался и видел свет - и начинался день...
Сейчас, когда я давно уже выросла, и научилась заслоняться от каждого дня неотложными делами и проблемами, - дни стали короче.
Они мелькают в окне, как незнакомые перроны на пути дальнего скорого поезда...

Елена Утенкова-Тихонова


Бабочка

Глеб Горбовский

Я отвык от людей, от нежданных общений,
от негаданных встреч и мудрёных бесед,
от взаимных терзаний и нравоучений,
источающих чаще не радость, а бред.

Я сижу, поджидая последний автобус.
На моей остановке - покой, тишина.
Я успел обогнуть этот призрачный глобус,
на котором испил вдохновенье до дна.

А теперь наступило последнее в жизни:
отвыкать от себя, превращаться в туман
и рассеяться утром над милой отчизной,
израсходовав правду в душе и обман.



Глеб Горбовский (4 октября 1931 года – 26 февраля 2019 года)

фимиам ночи

Неизвестность возводишь в квадрат и становится пусто
На окно словно бабочка клеится летняя ночь
Фонари курят свет отойдя в уголки переулков
Одиночество снова на сцене ему репетировать роль
Город тонет в ночи
Фонари в переулках уснули
И чернилами ночь
Пишет письма в конверты из снов
Снова как и тогда с ветром шепчутся старые липы
И роняют нечаянно в окна ответы без слов
И не спишь до утра
Убегая мечтами куда-то
Куда поездом вряд ли доедешь
И не долетишь
Только ночь второпях на рассвете прощаясь с мечтами
Оставляет написанный ветру белый свой стих

© Copyright: Надежда Малышкина
https://www.proza.ru/2014/05/28/2255

ВСЕВОЛОД БАГРИЦКИЙ (1922 - 1942)

***


Ты помнишь дачу и качели
Меж двух высоких тополей,
Как мы взлетали, и немели,
И, удержавшись еле-еле,
Смеялись.
А потом сидели
В уютной комнате твоей.
Был час, когда река с луною
Заводит стройный разговор.
Когда раздумывать не стоит
И виснут вишни за забор.

Здесь, ни о чем не беспокоясь.
Торжествовала старина.
Сквозь лес мигнет огнями поезд,
Гудок...
И снова тишина.

— На дачку едешь наудачку, —
Друзья смеялись надо мной:
Я был влюблен в одну чудачку
И бредил дачей и луной.
Там пахло бабушкой и мамой,
Жила приличная семья.
И я твердил друзьям упрямо.
Что в этом вижу счастье я.
Не понимая, что влюбился
Не в девушку, а в тишину,
В цветок, который распустился,
Встречая летнюю луну.

Здесь, ни о чем не беспокоясь,
Любили кушать и читать.
А я опаздывал на поезд
И оставался ночевать.
Я был влюблен в печальный рокот
Деревьев, скованных луной,
В шум поезда неподалеку
И в девушку, само собой.

12 ноября 1941

***

Уходило солнце. От простора
У меня кружилась голова.
Это ты та девушка, которой
Я дарил любимые слова.
Облака летели - не достанешь,
Вот они на север отошли...
А кругом, куда пойдешь иль взглянешь,
Только степь да синий дым вдали.
Средь прохлады воздуха степного
Легких ощутима глубина.
Ветер налетал... И снова, снова
Ясная вставала тишина, -
Это ночь. И к нам воспоминанья
Темные раздвинули пути...
Есть плохое слово: "расставанье"-
От него не скрыться, не уйти.

Наталья Апрельская

* * *
Женщина в метро с лицом мадонны
Прижимает к сердцу малыша.
В душной многоликости вагонной
Мама молодая хороша.

Юная совсем, почти девчонка,
Светлоглаза, волосы в пучок.
Акварель, написанная тонко…
А напротив, вижу, – старичок

Смотрит на неё. Потом в блокноте,
Отразив изящные черты,
Подаёт эскиз мне:
– Узнаёте?
– Чудо материнской красоты.


Питерский домик

Как старичок с заплатками. Негожий.
Обтянут кое-как кирпичной кожей,
Сутулый домик доживает век,
Вбирая дождь, жару и колкий снег.

Остатки крыши, домик прикрывая,
Вот-вот взлетят, как взбалмошная стая.
И стёкла – словно мутная слюда…
Но было так, конечно, не всегда.

Былая жизнь вносила в дом сюжеты…
У входа там жеманились кареты,
И дама под вуалью, словно тень,
Сбегала прочь, когда кончался день…

Снесли недавно. Вспомнят ли о доме?
Никто, похоже, фантазёрки кроме.

Из книги "Женщина в метро", Палитра, 2016

Петроград

Петроград. Далёкая война
Городу кидается под ноги.
Девятьсот пятнадцатый. Весна.
Первые неясные итоги.

На Большой Пушкарской в доме три,
Где чудные сфинги на фасаде,
В комнате нетопленой, внутри,
Стопками – листочки и тетради:

Тронута словесная струна
Лирикой по-женски невоенной.
Анна – несомненно – влюблена.
Анна – неизменно – вдохновенна.

Съёмная нетопленая клеть
Сыростью пронзает. И в болезни
Хочется любить, а не терпеть,
Хоть порой последнее уместней.

Только пару месяцев весны
В доме на Пушкарской задержалась…
В прошлом Петроградской стороны –
Ничего незначащая малость.

Из книги "Я пишу этот город...", 2014 года, "Палитра"

© Copyright: Наталья Апрельская 66

Мартовская элегия

Прошлогодних сокровищ моих
Мне надолго, к несчастью, не хватит.
Знаешь сам, половины из них
Злая память никак не истратит:
Набок сбившийся куполок,
Грай вороний, и вопль паровоза,
И как будто отбывшая срок
Ковылявшая в поле береза,
И огромных библейских дубов
Полуночная тайная сходка,
И из чьих-то приплывшая снов
И почти затонувшая лодка...
Побелив эти пашни чуть-чуть,
Там предзимье уже побродило,
Дали все в непроглядную муть
Ненароком оно превратило.
И казалось, что после конца
Никогда ничего не бывает...
Кто же бродит опять у крыльца
И по имени нас окликает?
Кто приник к ледяному стеклу
И рукою, как веткою, машет?..
А в ответ в паутинном углу
Зайчик солнечный в зеркале пляшет.

1960