Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

(no subject)

Фотография из фонда Сергея Васильевича Рахманинова напоминает сцену из старинной пьесы: на террасе деревенского дома три девушки в длинных платьях и нарядных шляпках заняты чтением и рукоделием; компанию им составляет молодой человек в белом картузе. Фотограф запечатлел молодого Сергея Рахманинова и сестер Наталью, Веру и Людмилу Скалон, которые так много значили в его жизни.


Впервые Рахманинов познакомился с семейством генерала Скалона, когда гостил у своих родственников в тамбовском имении Ивановка в 1890 году. В то лето в имение съехалось много молодежи от 15 лет до 21 года. Сестра хозяина Ивановки Александра Александровича Сатина - Елизавета Александровна Скалон привезла трех своих дочерей. Вместе с молодыми Сатиными – Александром, Володей, Наташей и Соней – они составили компанию, в которую прекрасно вписался семнадцатилетний ученик консерватории Сергей Рахманинов. Всем сестрам он дал шутливые прозвища: старшую, Наталью, звал Ментором, среднюю, Веру – отчего-то психопатушкой, а младшую, Людмилу – Цукиной (производное от фамилии итальянской певицы Цукки).


В Ивановке было достаточно времени и для игр, и для разговоров, и для работы. Для каждой из сестер Рахманинов написал по романсу с посвящением, а для всех троих - пьесу для фортепиано в шесть рук на тему вальса, сочиненного Натальей. Увлеченность Сергея Натальей, а особенно Верой была очевидна, к тому же Вера не скрывала ответных чувств. Родители решительно противились браку дочери с нищим музыкантом, но со временем отношения стали скорее братскими, и Сергей стал своим в доме Скалонов. Он был окружен любовью и заботой сестер: в 1902 году, когда Рахманинов сильно страдал от безденежья, сестры, сложив свои невеликие сбережения, купили для него пальто. После провала первой симфонии они дали Рахманинову денег на дорогу, чтобы он смог уехать в Новгород к бабушке.


В 1897 году сестры уговорили родителей пригласить Рахманинова на лето в свое имение Игнатово в Нижегородской губернии и сами отправились за ним в Москву. Сергей страдал от невралгических болей в спине, ногах и руках, и Наталья с Людмилой везли его в тарантасе, обложенного подушками. Спокойная жизнь в Игнатово, наслаждение чудесной природой, катанье на лодке, кумыс быстро излечили Рахманинова.


В Игнатово и была сделана эта совместная фотография на террасе старого деревянного дома. Слева направо: Вера, Наталья, Людмила (сидит спиной к фотографу), Сергей. На обороте надпись карандашом: «Татуша, Леля, Вера и Сережа (у него болели зубы). Лето 1897 года имение Игнатово». Надпись сделана Людмилой Дмитриевной Ростовцовой (Скалон), которая подарила фотографию музею в 1955 году.


Отношения Рахманинова с сестрами Скалон оставались по-прежнему дружескими, в письмах к Наталье он поверял ей самые сокровенные мысли, но в Москве его ждала Наталья Сатина – будущая супруга. Их венчание состоялось в 1902 году. Перед свадьбой Рахманинов написал Наталье Скалон: «Простите мне и пришлите мне подарок и пожалейте меня». Невеста одевалась к венцу у своей двоюродной сестры Веры Скалон, которая жила в Москве.


Вера так и не смогла разлюбить Сергея. Она хранила сотню писем Рахманинова к ней, но, выходя замуж за друга детства Сергея Толбузина, сожгла их. Наталья очень переживала отъезд Рахманинова в 1917 году и пережила друга юности лишь на несколько месяцев. Людмила, в замужестве Ростовцова, написала воспоминания о Рахманинове, из которых мы и узнали все подробности юношеской любви-дружбы.



Романс «В молчаньи ночи тайной», посвященный Вере Скалон.



Источник: http://www.muzcentrum.ru/radio-old/programs/expomusic/28154-rakhmaninov-i-sestry-skalon

Роберт Рождественский

🍁🍂🍁
В этой медленной осени
чисто,
просторно,
легко.

В ней
особенно слышным
становится каждое слово.
Отдыхает земля.

И плывут облака высоко.
И вдоль улиц деревья
подчёркнуто рыжеголовы.

В этой осени варят варенье
и жарят грибы.
В ней
с лесною опушкой прощаются,
будто навечно.

Затеваются свадьбы.
Идёт
перестройка судьбы.
Из шкафов достаются
забытые тёплые вещи.

А туманы всё чаще
ползут с погрустневшей реки.
И на рынках
заманчиво высятся
дынные горы.

И гордятся загаром
недавние отпускники.
И убавился день.
И прибавилось
мокрой погоды.

Чем дальше от города – тем проще быт...

"На завтрак – толстый ломоть серого хлеба, щедро намазанный желтым сливочным маслом и травяной чай в белой эмалированной чашке. Потом – умываться холодной водой из железного тазика с мылом, пахнущим клубникой. Полотенце - колюче-шершавое, как дедушкина борода, а спину немного ломит от непривычных твердых кроватей.

Обед – вся семья за длинным столом, покрытым светлой скатертью с вышитыми на ней прабабушкой-рукодельницей ягодками и бабочками. Пахнет густым томатным супом, разговоры лениво переползают с одного на другое, и хочется подольше посидеть так всем вместе, запомнить эти минуты на несколько лет.

После ужина – взбивать настоящие пуховые подушки, укрываться до носа шерстяным одеялом и просить бабушку оставить ночник, накрытый, как кокетка шляпкой, зеленым абажуром. Все словно в детстве.

Чем дальше от города – тем глубже окунаешься в себя.
Чем дальше от города – тем свободнее."


https://www.instagram.com/p/BjuhcnaBAWu/

Мне нравится простая деревенская жизнь.
А Вы? Больше городской человек в душе или все-таки сельский?)

(no subject)

Я полагаю, что проснулась
В такую рань совсем не зря,
А для того, чтобы коснулась
Меня лучом своим заря,
Чтоб птичья трель коснулась уха,
А глаза - синь, что так густа,
Чтоб у меня хватило духа
Коснуться чистого листа,
И чтоб посланием словесным,
Рождённым в утренней тиши,
Каким-то образом чудесным
Коснулась я чужой души.

Лариса Миллер



С Прекрасным утром всех улыбчивых!

С Днём Семьи, Любви и Верности!
Счастья в ваши дома!

Камелёк

Ярко светится в камине огонёк.
От горящих углей в комнате светло.
Жаль, что ласковое слово *камелёк*
Навсегда из речи в прошлое ушло.

У камина и уютно и тепло.
Пьеса дивная по радио звучит.
Еле слышно, как в оконное стекло
Вьюга снежная тихонечко стучит.

Будто ласковый, негромкий голосок
Что-то важное рассказывает мне.
Затухает постепенно уголёк.
Тени мягкие играют на стене.

А мелодия таинственна теперь.
В звуках жалоба и горький плач порой.
Так тревожно стало: отворится дверь
И нарушит страшный кто-то наш покой.

Затихает пьеса - беспокойства нет.
Кода в ней нетороплива и нежна.
Только все равно тревоги след
Легкой тенью нам оставила она...


СТАРОЕ ПЕРО

Не пришлось сидеть у камелька,
Он волшебный создаёт уют,
А чарующая музыка издалека
И в мой быт когда - нибудь войдут!

© Copyright: Лариса Ищенко2, 2014
https://www.stihi.ru/2014/01/01/1948

Камелек - это специфически русское название камина в дворянском доме или какого-либо очага в крестьянском жилище. В долгие зимние вечера у очага (камина) собиралась вся семья. В крестьянских избах плели кружева, пряли и ткали, при этом пели песни, грустные и лирические. В дворянских семьях у камина музицировали, читали вслух, беседовали...

***
Истопил камелек. Хорошо!
Что же! Значит, не все поутеряно.
И сижу я в тепле – корешок,
Не умерший в снегах, под метелями.

Что за скрипы в морозных сенях?
Что за вздохи печные глубокие?
Или вновь загрустили о нас
Журавли за морями далекими?

И какой ты увидела сон
В эту ночь суматошную, снежную?
Что же! Встань, заведи патефон,
Запусти эту песенку нежную.

Пусть в окошко заглянет капель
И в снегу просинеет пролужина.
Убери, как и прежде, постель
В свое прежнее, девичье кружево.

И поверь, что не все отошло,
Что снегами не все запорошено...
И зовет нас опять за село
Зацветающий голос Прокошиной.

1991
Николай Тряпкин
https://45parallel.net/nikolay_tryapkin/istopil_kamelek_khorosho.html


ОГОНЕК

Дрожа от холода, измучившись в пути,
Застигнутый врасплох суровою метелью,
Я думал: лошадям меня не довезти
И будет мне сугроб последнею постелью...

Вдруг яркий огонёк блеснул в лесу глухом,
Гостеприимная открылась дверь пред нами,
В уютной комнате, пред светлым камельком,
Сижу обвеянный крылатыми мечтами.

Давно молчавшая опять звучит струна,
Опять трепещет грудь волненьями былыми,
И в сердце ожила старинная весна,
Весна с черёмухой и липами родными...

Теперь не страшен мне протяжный бури вой,
Грозящий издали бедою полуночной,
Здесь — пристань мирная, здесь — счастье
и покой,
Хоть краток тот покой и счастье то непрочно.

О, что до этого! Пускай мой путь далёк,
Пусть завтра вновь меня настигнет буря злая,
Теперь мне хорошо... Свети, мой огонёк,
Свети и грей меня, на подвиг ободряя!

1871
Алексей Апухтин



Поздним вечером, около полуночи, сидели у потухающего камелька пятеро старых друзей и рассказывали друг другу истории.
Многие думают, что в теперешнее время этого больше не случается. Бывало изредка в начале прошлого столетия, стало учащаться к середине, потому во времена Тургенева, казалось — постоянно где-нибудь да собираются старые друзья у камелька и рассказывают истории; а теперь, действительно, об этом совсем не слышно, ни у нас, ни за границей, — во Франции, например. По крайней мере, повествователи нам об этом никогда больше не говорят. Боятся ли они удлинить свое повествование и утомить занятого читателя, хотят ли непременно выдать рассказ приятеля за свое собственное измышление, или, может быть, действительно нет больше таких, приятных друг другу людей, которые засиживались бы вместе у камелька и умели слушать чужие истории — кто знает? Но хоть редко — а это случается и в наши времена. По крайней мере, случилось в тот вечер, о котором я рассказываю...

Зинаида Гиппиус. Вымысел
Вечерний рассказ
http://gippius.com/lib/short-story/vymysel.html

"Невеста ветра"/"Bride of the Wind" (2001)

Оригинал взят у freken_stork в "Невеста ветра"/"Bride of the Wind" (2001)
Этот фильм заслуживает отдельной записи)


Вена, 1901 год. Альма Шиндлер знакомится с Густавом Малером. Что ж, мы тут не все ценители и знатоки классической музыки, поэтому начну с того, что Густав Малер это известный австрийский композитор и дирижёр. Семья Малера принадлежала к еврейскому немецкоязычному меньшинству. Отсюда рано проявившееся чувство изгнанничества будущего композитора, «всегда незваного гостя», что показали и в фильме.
Collapse )

Леонид Леонов и Татьяна Михайловна Сабашникова




Портреты Леонида Максимовича Леонова и Татьяны Михайловны Сабашниковой , сделанные незадолго до свадьбы в 1922 году Маргаритой Васильевной Сабашниковой-Волошиной
https://www.livelib.ru/story/8729
Подробнее см.: http://www.nkj.ru/archive/articles/10056/ (Наука и жизнь, НЕИЗВЕСТНЫЙ ЛЕОНОВ)


Свадьба Леонида Леонова и Татьяны Сабашниковой. После венчания в церкви села Абрамцева. 25 июля 1923 г. Фото из архива Н. Л. Леоновой

Леонид и Татьяна обвенчались в церкви села Абрамцево. По тем полуголодным временам свадьба скромной не была: даже на сохранившейся с того памятного дня свадебной фотографии, видны не менее тридцати приглашённых: Михаил Васильевич со строгим лицом, Григоровы, профессор Рачинский, Фалилеев с дочерью Катюшей и другие.
Посаженным отцом на свадьбе был никто иной как Александр Дмитриевич Самарин, бывший камергер двора его императорского величества, московский губернский предводитель дворянства, какое-то время занимавший должность обер-прокурора Святейшего Синода.

Заметим, что впоследствии, несколько лукавя, Леонов рассказывал при случае: «Когда я сватал Татьяну Михайловну, у нее не было ничего, а я был завидным женихом, ибо ходил в рубахе ниже колен, так что о качестве штанов думать не надо было, имел печатную машинку «ремингтон» (потом продал за 18 рублей) и лохматый ковёр».
Завидный жених, что и говорить!

Леонов тут, признаемся, иронизирует сам над собою. Татьяна Михайловна была куда более завидной невестой, чем он женихом. Но в любом случае отношения их определило глубокое и пожизненное чувство: десятилетия их светлой совместной жизни тому порукой.


Татьяна Михайловна, жена писателя. Фото Л. М. Леонова. Середина 1920-х гг. Из архива Н. Л. Леоновой

Жену писателя Леонида Леонова Татьяну Михайловну не один раз сравнивали с женой Достоевского Анной Григорьевной и с женой Л. Толстого Софьей Андреевной, потому что она с первого и до последнего дня совместной жизни оставалась верной помощницей, подругой и "ангелом-хранителем"

Захар Прилепин о Леониде Леонове. Отрывок из книги
http://www.aif.ru/culture/17718
http://www.litmir.co/br/?b=158987&p=155

ВЕНЧАНИЕ

Хрупкий свет, луной рождённый,
Эхо спрятано дождём.
Небо чашею бездонной,
Руку дай, и мы войдём
В храм, окроплённый водой,
В храм, освещённый луной.
В храм с безвинной душой.
В храм войдём только с тобой
По туманной ленте снов.
По следам красивых слов,
С верою в любовь.

Хоровод теней хрустальных
Сердце наше сбережёт.
Нежность рук и сердца трепет.
Мы войдём под этот свод
В храм, окроплённый водой,
В храм, освещённый луной.
В храм с безвинной душой.
В храм войдём только с тобой
По туманной ленте снов.
По следам красивых слов,
С верою в любовь
Бьётся сердце вновь и вновь…

Мы на тайном венчанье,
Звёзды тайну хранят.
Сбереги обещанья,
Нет дороги назад.
Мы на тайном венчанье,
Звёзды тайну хранят.
Сбереги обещанья,
Нет дороги назад.

По туманной ленте снов.
По следам красивых слов,
С верою в любовь
Бьётся сердце вновь и вновь…

По туманной ленте снов.
По следам красивых слов,
С верою в любовь
Бьётся сердце вновь и вновь.
Вновь, вновь, вновь, вновь,
Вновь...
Бьётся сердце вновь.
Бьётся сердце вновь.
Бьётся сердце вновь.

https://m.vk.com/wall-56415162_14778

Мария Фальц


Среди соседей Тарковских по Александровской улице была семья бывшего управляющего имением барона Фальц-Фейна «Аскания-Нова» Густава Фальца, очевидно, родственника знаменитого создателя заповедника. Он переехал в Елисаветград вместе с дочерью Марией и жил в небольшом доме около гимназии, в котором ныне располагается мемориальный музей Арсения Тарковского. Это здание в народе так и именуется: «Дом Фальц».

Сначала немецкая семья занимала комнаты на обоих этажах, а после смерти родителей Мария осталась жить в двух нижних комнатах с окнами в сад (о них-то и написано столько поэтических строк). В доме-музее до сих пор сохранилась небольшая сцена. На ней, по свидетельству старожилов, проходили домашние спектакли и поэтические чтения, в которых принимал участие и Арсений Тарковский.

Мария Фальц была немного близорукой, но очень привлекательной, умной, образованной, прекрасно пела и играла на рояле. Неприспособленная к жизни, непрактичная и незащищённая, она была неизменной «душой» тёплых музыкальных и литературных вечеров.

С Арсением Тарковским и другими интеллигентными гимназистами, собиравшимися в доме Фальц, Марию связывала младшая сестра Елена. Сама Мария Густавовна была «соломенной вдовой» офицера Колобова, который был призван в Первую мировую войну и пропал без вести в гражданскую.

С Арсением Тарковским её разделяла «пропасть» в девять лет, что было в то время немыслимо для общего будущего. Однако именно Мария Фальц стала Прекрасной Дамой поэта, которой он посвятил множество стихов в разные годы своей жизни. Они расстались в 1925 году, когда Арсений уехал учиться в Москву, а виделись в последний раз в 1928-м, во время приезда поэта к матери. Он рассказал своей любимой, что уже женат на Марии Вишняковой, а она ответила, что выходит замуж.

В 1932 году Марии Фальц не стало, и Арсений Александрович тяжело переживал эту утрату, она стала для Тарковского не просто светлым воспоминанием юности, а Музой его поэтических прозрений. Долгое время имя этой женщины и всё, что с ней связано, оставалось загадкой…


http://vilavi.ru/sud/040506/040506.shtml

Фото автора baska-ira на Яндекс.Фотках

Ромашки в руках,
Лето в букетах.
Рассыпано лето
По реке ветром.

Простые цветы
С нежной душою,
Без них не представить
Русское поле.

Праздник славянский
Скромно украсят.
Дарите ромашки –
Сегодня праздник!

Нежный, как эти
Цветы полевые,
Светлый, уютный,
Скромно любимый.

Храните семью,
Любовь берегите,
Верность друг другу
На век сохраните.

Дарите ромашки,
Заботу, внимание
Любимым всегда,
Пусть любимые знают –

Вы рядом, вы вместе,
Летом согреты,
Ромашковые
срывая букеты.

Из инета