Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Элегия

Нет, говорю, ни свеч, ни кринолинов,
ни почерков не жаль, всё это взнос
в счёт неизбежности, – но слов старинных,
но прежней речи, музыки и слёз!..
Благословясь, отважусь крохоборски
добыть себе на память вороха
отживших слов из нежного подшёрстка
седого тонкорунного стиха.
Себе в любовь, другим в предубежденье,
насмешкам вопреки, хочу посметь
спасти от повседневной дребедени
останки слов, чья маленькая смерть
миров не сотрясла, не распорола,
когда c эпохой наперегонки
иной словарь вломился ледоколом
в течение державинской реки.

Слова, на дно ушедшие колонной,
вы – временем назначенная дань,
но болью настоящей, не фантомной
болит похолодевшая гортань.
Бурун унёс в заглохшие низовья
изломанные лиру и трубу.
Свернувшись, речь готовится к безмолвью –
уснуть улиткой в собственном гробу.
Пройди, зима!.. не замерзайте насмерть,
слова любви, оспорьте свой закат,
вернитесь, пылкость и несообразность
утраченного ныне языка.
Вернись и ты, – пусть нет несовременней
мечты: растрогать словом ледостав, –
великий дар старинного уменья
достать чернил и плакать, что достал...

Майя Шварцман

человек человеку



– Человек человеку бред, темнота и ад, –
он сказал, – оглянись вокруг, если мне не веришь.
– Нет, – кричу, – человек человеку – сад!
Человек человеку кит, океан и берег!

Человек человеку лето и тёплый дождь,
посмотри, как сверкает солнце в глазах и в сердце!..
– То блестят ножи – человек человеку нож,
и удар под ребро от рождения и до смерти.

Человек человеку рана, дыра и вой,
это волк в настоящем и будущем воплощенье.
Волк не может без стаи – покинувший стаю волк –
это бомж, это тень, он никто никому – кочевник.

Мы всего лишь осколки времени, пыль, стекло.
Мы разбитые зеркала и маршрут короткий.
– Нет, – кричу, – мы друг другу движенье, полёт, крыло!
И плечо, и надёжный плот, и весло, и лодка!..

Даже если вот так – на грани и через боль,
даже если ушёл на дно, где темно и немо –
всё равно, навсегда – человек человеку – Бог.
Через смерть, через ад – человек человеку – небо.

© Copyright: Мария Махова, 2015

(no subject)

Ах, Джемма….Джемма,
как плачут скрипки в пустой таверне,
и гондольеры всё так же вёслами режут волны...
нас расстреляли….
я был последним…а, может, первым,
пытался вспомнить себя счастливым…
да вот не вспомнил.

Жаль…
Ваше имя так пахнет летом и чем-то сладким,
но я не падкий на апельсины и абрикосы….
Давным-давно на страницах одной тетрадки
Вы написали: « последний циник….» и знак вопроса(?)
Теперь я пена….морская пена….
и море в лёгких
всё так же дышит…. почти, как раньше, в бреду приливов,
а здесь грехи отпускают, Джемма, не только мёртвым -
Вы прощены мной за то, что мог бы я быть счастливым,

И Вы могли бы…
да вот не стали мне Вдохновеньем…..
зато узнали, как больно жалит циничный Овод…
Не плачьте, Джемма, я в ваши слёзы хотел бы верить,
но это больше….гораздо больше, чем просто повод….
Как там в Соренто? Все так же жарко?
Я помню солнце
не то, что раньше плескалось в море, как в светлом кубке…
Теперь я знаю, что солнце в небе на части рвётся,
как рвутся мышцы, слова и связки от жала пули.

Как плавит душу горячий ветер и стонет в бронхах,
трахею спутав с обычной флейтой, играет гимны,
и застывают в ночи аккорды последним вздохом,
а впрочем, Джемма….
сказать по правде, боль так красива:
один лишь цвет её – ярко-красный – как откровенье
в нём столько пластики, столько разных оттенков смысла
багровый….алый….огненный…..
тем не менее
в нём мало смерти….и очень много огня и жизни…..

Мне было жалко…
безумно жалко….поверьте, Джемма,
пролиться цветом в песок холодный пятном кровавым.
Но упивались циничной пыткой земля и небо -
в своём цинизме они не правы…ах, как не правы…
Сегодня ночью, я знаю точно, по расписанью
уходят в горы все те, с кем вместе мы были раньше…
но без меня...
Итальянскому карбонарию
поставьте свечку – в ней больше смысла… и меньше фальши….

Анна Савина
25.05.2007
--------------

Павел Тришкин

Ветер - сумасшедший меланхолик -
Вечер раздувает до пожара...
Проходи, закат, отыщем столик
В маленьком кафе у стойки бара.

Что же, мы желанными гостями
Можем быть у старого бармена,
Сыпать из-за пазухи горстями
Алое, не спрашивая цену.

Растворясь в кофейном аромате,
День бежит из узких подворотен.
Небо выставляет на закате
Лучшее из всех своих полотен...

© Copyright: Тришкин Павел, 2008

Предчувствие

Предчувствие. В безмолвном и безбрежном
Рождается предчувствие, надежда.
Надеяться на лучшее не грех.
И кружит, кружит, кружит, кружит снег…

Все чище и белее, все прозрачней.
Все выше и спокойнее. Поплачь мне
Безмолвный ветер о земной тоске.
Теряется аллея вдалеке.

Не видно ни границ, ни расстояний,
Я замер здесь навеки, слишком ранний,
Незваный гость, в покое, тишине.
Рождается предчувствие во мне.

http://www.obshelit.ru/works/30080/


Это ночь или просто стемнело?
Это сон или мертвая тишь?
Но сверкнет ослепительно белым.
Ты очнешься, проснешься. Молчишь…

Это ангел? А может явилась
Яркой искрой великая цель?
Или просто приснилось?
Приснилось.
Зря вставал. Возвращайся в постель.

Павел Тришкин (род. 8 января 1981 г., г. Калуга) - поэт.

(no subject)

В глубинах зеленого неба
зеленой звезды мерцанье.
Как быть, чтоб любовь не погибла?
И что с нею станет?

С холодным туманом
высокие башни слиты.
Как нам друг друга увидеть?
Окно закрыто.

Сто звезд зеленых
плывут над зеленым небом,
не видя сто белых башен,
покрытых снегом.

И, чтобы моя тревога
казалась живой и страстной,
я должен ее украсить
улыбкой красной.

Федерико Гарсиа Лорка

Иосиф Бродский

Это наша зима.
Современный фонарь смотрит мертвенным оком,
предо мною горят
ослепительно тысячи окон.
Возвышаю свой крик,
чтоб с домами ему не столкнуться:
это наша зима все не может обратно вернуться.
Не до смерти ли, нет,
мы ее не найдем, не находим.
От рожденья на свет
ежедневно куда-то уходим,
словно кто-то вдали
в новостройках прекрасно играет.
Разбегаемся все. Только смерть нас одна собирает.
Значит, нету разлук.
Существует громадная встреча.
Значит, кто-то нас вдруг
в темноте обнимает за плечи,
и полны темноты,
и полны темноты и покоя,
мы все вместе стоим над холодной блестящей рекою.
Как легко нам дышать,
оттого, что подобно растенью
в чьей-то жизни чужой
мы становимся светом и тенью
или больше того —
оттого, что мы все потеряем,
отбегая навек, мы становимся смертью и раем.
Неужели не я,
освещенный тремя фонарями,
столько лет в темноте
по осколкам бежал пустырями,
и сиянье небес
у подъемного крана клубилось?
Неужели не я? Что-то здесь навсегда изменилось.
Кто-то новый царит,
безымянный, прекрасный, всесильный,
над отчизной горит,
разливается свет темно-синий,
и в глазах у борзых
шелестят фонари — по цветочку,
кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку.
Значит, нету разлук.
Значит, зря мы просили прощенья
у своих мертвецов.
Значит, нет для зимы возвращенья.
Остается одно:
по земле проходить бестревожно.
Невозможно отстать. Обгонять — только это возможно.
То, куда мы спешим,
этот ад или райское место,
или попросту мрак,
темнота, это все неизвестно,
дорогая страна,
постоянный предмет воспеванья,
не любовь ли она? Нет, она не имеет названья.

("От окраины к центру" (1962))

http://www.world-art.ru/lyric/lyric.php?id=7412


http://fotokto.ru/photo/view/3424617.html

«Привал комедиантов»

Да, я любила их – те сборища ночные,
На низком столике – стаканы ледяные,
Над черным кофием голубоватый пар,
Камина красного тяжелый зимний жар,
Веселость едкую литературной шутки…
( А.Ахматова)



1 мая 1916 года в Петербурге на углу Марсова поля и набережной Мойки открылось артистическое кабаре «Привал комедиантов». Интерьеры оформлял Сергей Судейкин. Постановочной частью под именем Доктора Дапертутто ведал Всеволод Мейерхольд.
Гостями были самые блистательные представители Серебряного века. Здесь устраивались кукольные представления, вечера поэзии, выступали с художественно-литературными докладами.
«Привал комедиантов» пережил две революции. Он не был закрыт официальной властью, а обветшал и «умер» естественной смертью. Роспись стен окончательно погибла во время наводнения 1924 года.
Санкт-Петербург 1916

http://tvkultura.ru/article/show/article_id/132625/brand_id/31740/type_id/2

http://oksletunova.blogspot.de/2012/11/blog-post_6114.html

ЛЕОНАРДО ДИ КАПРИО

image

АКТЕР, 40 ЛЕТ, НЬЮ-ЙОРК

ПРАВИЛА ЖИЗНИ

В ОТ­ЛИ­ЧИЕ ОТ МНО­ГИХ АК­ТЕ­РОВ, моя судь­ба не бы­ла опре­де­ле­на с дет­ства. Я рос в тру­що­бах Гол­ли­ву­да и ду­мал про се­бя, что вы­рас­ту су­ма­сшед­шим.

НЕ ЛЮ­БЛЮ ШКО­ЛУ: там за­став­ля­ют со­сре­до­та­чи­вать­ся на том, че­го ты не хо­чешь знать.

ПО­СЛЕД­НЕЕ, ЧЕ­ГО БЫ Я ХО­ТЕЛ — это пре­вра­тить­ся в ти­пич­но­го жир­но­го гол­ли­вуд­ско­го ублюд­ка при день­гах. Я рос ни­щим, и по-на­сто­я­ще­му был счаст­лив имен­но то­гда.

У МЕ­НЯ НЕТ ни­ка­ких по­ли­ти­че­ских устрем­ле­ний, и ме­ня до смер­ти пу­га­ют лю­ди, у ко­то­рых они есть.

В ЦЕ­ЛОМ, мне нра­вит­ся, как устро­ен мир.

РА­ДОСТЬ ОТ СЛА­ВЫ ПРО­ХО­ДИТ ДО­ВОЛЬ­НО БЫ­СТРО и ты по­ни­ма­ешь, что глав­ная на­гра­да не в том, что те­бя вдруг ста­ла узна­вать на ули­це каж­дая моль, а то, что твои филь­мы оста­нут­ся по­сле тво­ей смер­ти.

http://esquire.ru/wil/leonardo-di-caprio