Category: знаменитости

Category was added automatically. Read all entries about "знаменитости".

(no subject)

В октябре уже есть усталость...не мучительная...

Скорее, не усталость даже, а то прекрасное снижение ритма, в котором такой сладкой бывает тишина...
А ещё - неспешность, покой, уединённость...

В октябре уже есть время думать не на ходу...

И думать совсем не тревожные мысли про вдруг и если, а просто о жизни, в которой, как в старом шкафу, всё-таки, наводишь однажды порядок...
Решительный...
Не тот, когда жаль выбросить, а тот, когда не выбросить уже стыдно...
Истлевшее, непонятно зачем здесь оказавшееся, ни разу не надёванное, потрёпанное молью, выцветшее, приносящее совсем не те вспоминания, которые хочется сохранить навсегда...

Такое тоже есть...и его хранишь...
Иногда настолько бережно, что страшно прикоснуться...
Но оно с тобой...
В маленькой шкатулке на самом дне души...

В октябре уже на многое смотришь иными глазами...

В октябре с тобой остаются те, которые пройдут и зиму, если достанет времени...
Близость летом не оценивают...там слишком для неё жарко...и слишком уж она зелена...
А вот осенний урожай - самый спелый...с ним не голодно в промёрзшем январе...

Октябрь - не просто месяц...

Им можно наполнить флакон своего сердца, и долго вдыхать его дымный горьковатый аромат...

Доброй тишины всем, и чудесной музыки!...

Лиля Град


худ.Станислав Брусилов

Александр Васильев об Ирине Одоевцевой

Ирина Одоевцева являлась одним из последних заметных литераторов Серебряного века, которых мне удалось застать в Париже. Она жила в доме №3 на улице Касабланка в 15-м квартале Парижа, из-за нужды сдавая две комнаты из принадлежавших ей четырех. ⠀
⠀ Одоевцева обожала гостей, часто устраивала чаепития. Чай разливался в красивые чашечки, кто-то из гостей обязательно приносил с собой торт, а хозяйка, кутаясь в павлопосадскую шаль, рассказывала о Гумилеве, с которым ее связывали романтические отношения, о жизни в Париже и Риге. В Риге Одоевцева прожила довольно долго – до 1930-х годов. Ее отец владел доходным домом, находившимся в районе Маскачка. Этот дом существует и сегодня. ⠀
⠀ В молодости Ирина Владимировна очень любила наряжаться. С годами желание выглядеть привлекательно не пропало. Не имея средств на парикмахера, она приобрела себе паричок. Этот паричок выполнял двойную функцию – делал ее элегантнее и служил сейфом. Под париком Одоевцева прятала деньги, полученные у жильцов. ⠀
⠀ Однажды Ирина Владимировна решила подписать мне свою книгу. «Я напишу так! – сказала она. – Дорогому Сашеньке Васильеву на добрую память от любящей его Ирины Одоевцевой!». Но так как Одоевцева страдала артритом, то сложности возникли с написанием первой же буквы «Д». Тогда я предложил: «Давайте покороче! Дорогому Александру Васильеву от Ирины Одоевцевой!». Ирина Владимировна поддержала мою идею. Но, подумав, спросила: «Может, еще сократим?». В итоге книгу украсила надпись «Саше от Иры». ⠀
⠀ Надумав на исходе жизни вернуться в Ленинград, Одоевцева решила распродать свое имущество. Я приобрел ее печатную машинку «Ундервуд», которую передал в музей Ахматовой в Петербурге. Также ко мне перешел комод и две витрины красного дерева. В нижнем ящике комода, уже после отъезда Ирины Владимировны из Парижа, я обнаружил рукописи ее не изданных стихов. ⠀



https://www.instagram.com/p/BzpbxMTHK7a/

МАРИНА ЦВЕТАЕВА

Не гони мою память! Лазурны края,
Где встречалось мечтание наше.
Будь правдивым: не скоро с такою, как я,
Вновь прильнёшь ты к серебряной чаше.

Всё не нашею волей разрушено. Пусть! —
Сладок вздох об утраченном рае!
Весь ты — майский! Тебе моя майская грусть.
Всё твоё, что пригрезится в мае.

Здесь не надо свиданья. Мы встретимся там,
Где на правду я правдой отвечу;
Каждый вечер по лёгким и зыбким мостам
Мы выходим друг другу навстречу.

Чуть завижу знакомый вдали силуэт, —
Бьётся сердце то чаще, то реже…
Ты как прежде: не гневный, не мстительный, нет!
И глаза твои, грустные, те же.

Это грёзы. Обоим нам ночь дорога,
Все преграды рушащая смело.
Но, проснувшись, мой друг, не гони, как врага,
Образ той, что солгать не сумела.

И когда он возникнет в вечерней тени
Под призывы былого напева,
Ты минувшему счастью с улыбкой кивни
И ушедшую вспомни без гнева.

Ольга Фокина

* * *
Мой хрустальный апрель!
Календарь листается...
В сентябре ль, в декабре ль
След твой потеряется?
Смоет дождь, скроет снег,
Вытопчут прохожие?
Сколько зим, сколько лет
Между нами, боже мой!

Сколько зим, сколько лет!
И все больше копится.
Был – и нет. Был – и нет...
Как года торопятся!
А закрою глаза –
Это ж нынче вечером
Ты пришел, ты сказал,
Ты взглянул доверчиво.

Скроюсь в тень от берез –
И опять услышаны
Те же шорохи звезд
В небесах приближенных.
Снова звон под ногой
Льдинок разбиваемых
На дороге лесной,
Где с тобой шагаем мы.

Мой далекий апрель!
Сердце не меняется.
Даже сны о тебе
Все запоминаются.
И ответ мой таков,
Кто б когда ни спрашивал:
Мне июля шелков
Не кроить, не нашивать.

1970
http://kristalinskaya.ru/songs/song0051.htm

ВАЛЕРИЙ БРЮСОВ В ночь под Новый год

Минут годы. Станет наше время
Давней сказкой, бредом дней былых;
Мы исчезнем, как былое племя,
В длинном перечне племён земных.

Но с заутри будут звёзды те же
Снег декабрьский серебрить во мгле;
Те же звоны резать воздух свежий,
Разнося призыв церквей земле;

Будет снова пениться в бокалах,
Искры сея, жгучее вино;
В скромных комнатах и пышных залах,
С боем полночи – звучать одно:

«С Новым годом! С новым счастьем!» –
Дружно
Грянет хор весёлых голосов...
Будет жизнь, как пена вин, жемчужна,
Год грядущий, как любовный зов.

Если ж вдруг, клоня лицо к печали,
Тихо скажет старенький старик:
«Мы не так восьмнадцатый встречали!..» –
Ту беседу скроет общий клик.

Сгинет ропот неуместный, точно
Утром тень, всплывающая ввысь...
Полночь! Полночь! бьющая урочно,
Эти дни безвестные – приблизь!
1918

ОЛЬГА ВАКСЕЛЬ

Как мало слов, и вместе с тем как много,
Как тяжела и радостна тоска…
Прожить и высохнуть, и с лёгкостью листка
Поблекшего скользнуть на пыльную дорогу.
Как мало слов, чтоб передать точнее
Оттенки тонкие, движенье и покой,
Иль вечер описать, хотя бы вот такой:
В молчании когда окно синеет,
Мятущаяся тишь любимых мною комнат,
А мерный звук — стекает с крыш вода…
Те счастье мне вернули навсегда,
Что обо мне не молятся, но помнят.

1922

(no subject)





А потом что-то начинало делаться с летом, всё как-то изменялось - облака, деревья, появлялись другие звуки и запахи, и мы, в горе, уж думали, что это кончается лето, - когда по особенно синему небу, паутинкам в «старом саду», запаху грибов и сырой соломы - мы узнавали ещё новую радость: это вовсе не «лето уходит», а это «пришла осень»!

«Анастасия Цветаева. Воспоминания»



Анастасия Цветаева

http://www.sch1262.ru/tarusa/asya.html

Лариса Миллер

Сияют окна в темноте,
И это значит – всё в порядке,
И мировые неполадки
Еще не страшные, не те,
Что могут взять и отменить
И свет в окне, и в доме кошку,
И звезд веселую окрошку,
И жизни тоненькую нить.

Лариса Миллер

Мой дождь из детства был совсем другим...

Мой дождь из детства был совсем другим,
Поток воды, раскаты грома - всё бывало...
А дождик ласковым был и таким слепым,
Что солнышко за тучкой не скрывал он!

Дождь тёплый, как парное молоко,
Подставив рот, мы пили..., был он чистым!
Где дождь из детства? Видно, далеко...
Он шумно лил, но кончился так быстро!

А мы боялись : - Только б не домой!
Мы летнему дождю все были рады.
Дождь с неба лил, но был такой земной,
Лишь у влюблённых вызывал досаду...

Быть по-другому в детстве не могло,
Босые, мокрые..., но как же было важно,
Чтоб лужу переплыл ветрам назло
С улиткой на борту корабль бумажный!

Сейчас уже дождя такого нет,
Но детства те деньки не забывались,
С какой бы радостью, хоть нам и много лет,
Мы в лужах босиком натанцевались!




18 Июля • День прогулок под дождем

http://www.kalen-dar.ru/calendar/07/18

Мерил Стрип

Один урок я выучила еще в театральной школе. Учитель спросил нас: "Что значит для вас быть королевой?". Все наперегонки начали отвечать про осанку, авторитет. Он ответил: "Нет, это то, как меняется атмосфера в комнате, когда заходите туда Вы!.."




Мерил Стрип в 1980 году

Вы не должны быть знамениты. Вы лишь должны стать тем, кем будут гордиться ваши родители.
Мерил Стрип