May 19th, 2016

СВЕТАЕТ...

Светает от твоих волос,
светает…
Как будто бы стволы берез
взлетают.
Спит радуга в твоих плечах
витая.
Ты — продолжение луча.
Светает.
Светает, будто рушники
свисают.
Светает, будто ручейки
сверкают.
На ощупь свет продолговат.
На ощупь
Он — волосы твои, он сад,
он — роща.
Твоим светаньем в тишине
мне греться.
Светает где-то в глубине
у сердца.
Проснись и в озеро нырни!
Светает.
И ты, как церковь на Нерли,
святая…
Проснись и в озеро нырни,
как в лето.
Ты вся, как церковь на Нерли,
из света…

Пётр ВЕГИН

https://khola.wordpress.com/2009/07/25/петр-вегин/

Дмитрий Голубков

Королева

Моей матери

«Королева играла в башне замка Шопена...»
Северянин певучий, не мучь, не морочь!
Год двадцатый. Деникин. Разруха, Измена.
Затаившаяся бездыханная ночь.
Город вымер — мещанам не надо бессмертья,
Им — немедля! — сытый паек, и покой.
У рояля, ссутулясь, сестра милосердия
Вспоминает Шопена отвыкшей рукой.
Дом старинный построен в готическом стиле;
Покорежен — цела только башня одна.
В покалеченных креслах курсанты застыли.
Холодище. Назойливая тишина.
Ах, гимназия! Баллы. Балы. Северянин.
Нерушимая прочность родительских стен...
Стены взорваны. Быт опален и изранен...
Для чего этим хмурым мальчишкам Шопен?
Тот разут, этот болен «испанкою» лютой.
Отдохнуть бы, да нет: до зари не уснуть.
Что сыграть? Чем согреться в такую минуту?
Может, это? «Революционный этюд»?
И, на пальцы распухшие бережно дунув,
Пыльных клавиш коснулась сестрица рукой.
И для этих ребят, огрубелых и юных,
Распахнул своё сердце Шопен молодой.
За разбитыми окнами тучи смыкались,
У аптеки трещал пулемет, обнаглев.
И вчерашние мальчики хмуро влюблялись
В эту девочку — лучшую из королев.


«Королева играла в башне замка Шопена...» —
строка из стихотворения Игоря-Северянина
«Это было у моря...»:






ГОЛУБКОВ Дмитрий Николаевич (1930-72) , русский писатель. Проникнутое тонким лиризмом творчество обращено к теме природы, проблемам нравственного становления личности. Сборники стихов: "Влюбленность" (1960), "Свидание" (1962), "Зов" (1964), "Окрестность" (1971) и др. Сборники рассказов и повестей: "Отцовский табак" (1966), "Когда вернусь" (1971) и др. Романы "Милеля" (1969), "Недуг бытия" (1973, о Е. А. Баратынском).
Дмитрий Голубков был одним из первых, кому Борис Пастернак доверил чтение романа "Доктор Живаго". Он близко дружил с лучшими представителями "шестидесятников" от Евгения Евтушенко до Юрия Казакова, от Владимира Леоновича до Вадима Кожинова.

Борис Пастернак

...
...Я б разбивал стихи, как сад.
Всей дрожью жилок
Цвели бы липы в них подряд,
Гуськом, в затылок.

В стихи б я внес дыханье роз,
Дыханье мяты,
Луга, осоку, сенокос,
Грозы раскаты.

Так некогда шопен вложил
Живое чудо
Фольварков, парков, рощ, могил
В свои этюды...

Б.Пастернак
http://www.ruthenia.ru/60s/pasternak/kogda/vo_vsem.htm

Мокрая акварель от Виктория Пришедько



.







Виктория Пришедько / Viktoria Prishedko родилась в Молдове в 1964 году. Выпускник Академии Изобразительного Искусства в Киеве и Школы архитектуры памятников в Трире, Германия. Получила многочисленные награды и почести в Бельгии, Франции и Германии. Член ассоциации профессиональных художников Германии. Член l'ART Contemporain /G.-D. de Luxembourg Asbl. Член Института европейской акварели в Бельгии. Акварель Виктории Пришедько выявляет мастерство владения великолепной техникой, цветовой гаммой, чувством перспективы и света. Ее муж Slava Prishedko тоже известный художник, с которым они нередко работают в соавторстве.


http://elesika73.livejournal.com/800290.html

Георгий Оболдуев

Ты зажмуриваешь очи
И крадёшься как слепая
Мимо света, мимо ночи,
Дорогая, дорогая.

Стеариновые руки
Осторожным ожерельем
Забирают на поруки
Всё, чем раньше очерствели.

Забывая недомолвку,
Отвечая прежним спорам,
Втихомолку, втихомолку
Изумлённым водишь взором.

Не зовёшь ты ни упрёком,
Ни заботой, ни угрозой:
Ненароком, ненароком
Улыбаешься сквозь слёзы.

Ты коверкаешь забвенье,
Ты отталкиваешь ропот,
Каждое твоё движенье
Незаметнее, чем шёпот.

Будто сбитая из жести,
Вот ты – будто восковая,
Вот ты – будто в каждом жесте,
Дорогая, дорогая...

1938

http://libverse.ru/oboldyyev/tu-zazhmyrivayesh-ochi.html




Георгий Николаевич Оболдуев, поэт, переводчик. Родился в семье предводителя дворянства города Коврова. Детство провёл в Москве и в имении Дорки близ Шуи и Палеха. Закончил музыкальное училище по специальности концертмейстер и дирижёр. Учился на историко-филологическом факультете Московского университета, во время гражданской войны 3 года был в Красной армии. После войны учился в Высшем литературно-художественном институте В.Брюсова. В 1932 за чтение стихов Цветаевой на вечеринке и передачу этих стихов друзьям был арестован по доносу, осуждён “за контрреволюционную пропаганду” и отправлен на Беломорканал, где находился вплоть до 1939. Во время Великой Отечественной войны 3 года находился на фронте. Писал стихи, поэмы, много переводил; среди его переводов - поэма Мицкевича Гражина и главы Всеобщей песни Неруды. При жизни было напечатано лишь одно стихотворение: Скачет босой жеребец (“Новый мир”, 1929, N 10). Лишь начиная с 60-х годов начали появляться публикации в альманахах. Первый сборник стихов вышел в Мюнхене. В 1991 издательством “Советский писатель” был выпущен сборник "Устойчивое неравновесие", куда, в частности, вошли две первые песни романа в стихах "Я видел". Полностью роман не опубликован и по сей день.

"...В воспоминаниях жены Оболдуева, известной поэтессы Елены Благининой, которая прикрывала его своими детскими стихами, как щитом, чтобы он мог свободно писать и жить, Оболдуев предстает вовсе не как презираемый изгой, а как очаровательный артист, считающий, что его назначение – распространять это очарование вокруг себя: «Дверь отворилась – вошел Георгий. В его манерах всегда было что-то старомодно-пленительное. Изящно (и немного потешно) изгибаясь, он поцеловал руки женщинам и, непрерывно болтая уморительную чепуху, в которой никогда, на моей памяти, никто его не превосходил, тотчас сделался центром внимания… Это было не настырное балаболенье, не жалкое ситро прирожденного остряка, а искрящееся шампанское настоящего острослова, словотворца и поэта».

Такой артистизм, иногда переходящий в кокетство, был и у Пушкина, и у Пастернака. Но, в конце концов, почему кокетство должно принадлежать только женщинам?.."

Из антологии Евгения Евтушенко «Десять веков русской поэзии»
http://www.newizv.ru/culture/2006-03-17/42541-veselyj-pessimist.html