March 29th, 2015

Надя Рушева и "Мастер и Маргарита"

Надя Рушева стала первым иллюстратором «Мастера и Маргариты». Ей в то время было 15.


Трудной была дорога произведений Михаила Булгакова к читателю. Его заветный роман «Мастер и Маргарита» увидел свет лишь спустя много лет после смерти писателя. Он был напечатан в журнале «Москва» со значительными купюрами в 1966 году.
Художнику Николаю Константиновичу Рушеву, отцу талантливой девочки Нади Рушевой, роман попал в руки лишь спустя полтора года после издания. Дочь унаследовала от отца не просто способности к рисованию, ее гениальные рисунки к разным художественным произведениям стали событием, и говорили о многообещающем юном даровании. Ее буквально захватил роман «Мастер и Маргарита»...
Когда через несколько дней отец вошел в комнатку дочери, он был ошеломлен: весь стол завален рисунками, на которых изображены сцены из романа, портреты главных героев! Рисунки не умещались на столе, падали на пол. Пораженный увиденным, отец начал расспрашивать Надю и с изумлением уяснил себе, что она поняла все - или почти все - в этой необыкновенно сложной и интересной книге. Особенно привлекала ее тема борьбы добра и зла, столь полно выраженная в романе, и тема чувства Маргариты и Мастера... В их трагедию Любви чуткое, трепетное, восприимчивое сердце Нади проникло особенно глубоко и тонко.

Когда вдове Михаила Булгакова, Елене Сергеевне, показали цикл рисунков к роману, та была потрясена увиденным, и долго перебирала рисунки, всматриваясь в тонкие, начертанные пером контуры, лица, фигуры, силуэты, темы...

Оказалось, что перстень на пальце Мастера — это точная копия фамильного перстня Михаила Афанасьевича Булгакова, а женский портрет и старая фотография жены писателя — это одно лицо. Ни перстня, ни фотографии Надя, конечно, физически не могла видеть! Но она создала уникальный цикл рисунков, и все они говорили действительно о том, что юная художница полностью владела материалом и понимала его досконально. Каждый рисунок вызывал у Елены Сергеевны восклицание и удивление: «Какая амплитуда чувств... Маргарита — хороша!... Азазелло великолепен... Это потрясающе... Девочка в 16 лет прекрасно всё поняла...»




http://litvinovs.net/illustrations/master_and_margarita/rusheva

Межсезонье

А весна оставляет закушенность губ…
Ветер холодно прям, ветер деланно груб,
ожидание встречи прессуется в куб,
давит грудь, холодит переменой…
Запахни воротник – в подворотне сквозит…
Ощущая сердечную бойкую зыбь,
по крупицам тепла изучаешь азы
всей её недошедшей вселенной…

А весна неспроста, а весна – непроста,
неслышна, словно тень или поступь кота,
и твоя маета торопливо пуста –
проживать непрожитое в сутках…
И глотать, и глодать это время как кость,
собирая желанья по щепоти в горсть,
и сплетаются в пальцах и нежность, и злость -
сиротливые дети рассудка…

А весна – где-то в дебрях, но веришь – вблизи,
потому что растаяли залежи зим,
потому что сердечный пробился призыв –
воробьиною радостью марта…
Ты стучи во мне, слушай ладонью свой стук:
поцелуи и дни, что должны - подождут,
потому что весна – на ладони, и тут
у природы не будет помарок…

Дмитрий Ревский
© Copyright: Rewsky, 2014

Первые масляные фонари в Москве



29 марта 1730 года, в Москве появилось уличное освещение конопляными фонарями. Разумеется, все главные инновации той эпохи приходили из Петербурга (тогда еще не было поезда «Сапсан», и еженедельно мотаться в Москву поруководить было весьма сложно). Так что первое уличное освещение появилось в Северной столице. В ноябре 1706 года в честь победы над шведами под Калишем по приказу Петра I на фасадах домов четырех улиц были повешены фонари. Первые уличные фонари, горевшие на конопляном масле, появились в Петербурге в 1718 г. и предназначались для освещения окрестностей Зимнего дворца и Главного Адмиралтейства. И вот спустя 12 лет инновация по приказу уже Анны Иоанновны пришла в Москву.

Как только темнело, въезды в город закрывались, улицы перегораживались специальными рогатками, чтобы никто не только не прошел, но и не проехал. Сидели вечерами по домам, жгли лучину, и только на праздники позволяли себе зажечь свечи.

А если ночной дозор обнаруживал кого на улице, то без лишних слов «ввергали в тюрьму», так как считалось, что по темным улицам шастают только лихие люди.

Но развивалась торговля, и городу понадобилось рукотворно удлинять светлое время суток. Так появились первые общественные осветительные приборы.

Их устанавливали на деревянных столбах, окрашенных полосами белой и дикой краски (так назывался серый цвет), чтобы лучше было видно в темноте. Внутри фонаря ставили плошку с конопляным маслом, опускали в нее фитиль, и такое примитивное устройство давало свет одной-двух свечей.

Эти тусклые светильники горели не каждую ночь, а лишь по праздникам да по особым распоряжениям императорского двора. Позже разработали специальный «осветительный календарь», и фонари положено было зажигать с 1 сентября по 1 мая, 18 ночей в месяц. В мае, летом и в те ночи, которые считались лунными, свет на улицах не зажигали. Москвичи шутили: «Не надейся на фонари, лучше на звезды посмотри», по-прежнему многие освещали свой путь факелами и переносными фонарями.

Масляные фонари просуществовали 130 лет. Горели они довольно тускло и разбрызгивали горячие капли масла, которые попадали на прохожих.
В середине XIX века ввели было спиртовые (или спиртоскипидарные) фонари. В масло стали добавлять спирт для яркости и долготы горения. Однако по вполне понятным причинам это новшество не прижилось. Отсюда как раз и пошло выражение "офонареть"



Фонарь на Охотном ряду. 1891 год.

Надежда Осиповна Пушкина, рожд. Ганнибал (1775-1836), мать поэта.

1836 - Скончалась Надежда Осиповна Пушкина, мать А. С. Пушкина.

Художник Ксавье де Местр. 1800-е гг.
Женщина подарившая нам солнце русской поэзии..

Отношения между Пушкиным и его матерью всегда были прохладными. С детских лет Надежда Осиповна была строга с детьми, любимцем старших Пушкиных был сын Лев. Тем не менее и мать, и отец гордились талантом старшего сына.
Именно благодаря матери, будущий поэт в совершенстве знал французский язык уже в детстве, за что в Лицее, среди прочих, имел прозвище Француз.
И хотя история не терпит сослагательного наклонения, но так и напрашивается вопрос: как бы обошлась жизнь с Божьим даром, данным задумчивому и диковатому мальчику Александру Пушкину, если бы не его мать - Надежда Осиповна.
Во время последней болезни матери Пушкин сблизился с ней, а после её смерти тяжело переживал утрату. Пушкин единственный из всей семьи сопровождал тело матери для погребения в Святогорский монастырь. Тогда же он купил участок земли рядом с её могилой для себя.

"Надежда Осиповна скончалась у него на руках в Пасхальную неделю. Дорога до Святогорья казалась бесконечной, весенняя распутица обнажила такое количество ухабов и ям, что взятую в Петербургском главпочтамте обшарпанную карету, в которой ехал поэт, и специально приспособленную для перевозки печальных грузов к последнему пределу фуру с телом матушки бросало, как корабль с баржей в разбуженной штормом морской пучине с волны на волну. На заре четвертого дня наконец-то достигли Святогорского монастыря. Измученный дорогой, остановки на всём протяжении которой разрешались только возле церквей, где служились литии да панихиды по матушке, он стучал в двери ещё не разбуженной обители. Готов был заехать в ухо заспанному послушнику, который не торопился их открыть, а, открыв, кинулся сразу к игумену, ничего толком не объяснив. Игумена сразу поднять было трудно, еще труднее понять, о чём он говорил, поглаживая круглую сургучную печать на разрешительном листе предписания, спрашивая: “Как служить, прикажете, барин? По большому чину или по малому? В главном храме, при полном освещении, с хором или просто?”

В книге прихода и расхода монастырских сумм за 1836 год Святогорской обители игумен Геннадий записал: “Получено от господина Пушкина за место на кладбище 10 рублей. Сделан господином Пушкиным обители вклад - шандал бронзовый, с малахитом, икона Богородицы - пядичная, в серебряном окладе с жемчугом”


И вносит, следуя закону
(Еще одна забота с плеч),
Шандал, червонец и икону
За то, чтоб в эту землю лечь...
Он воздаёт тебе, обитель,
За золотистый и сухой
Песок покоя, Небожитель,
Ещё он платит за покой.
А солнце дважды в день не всходит,
Но не прибудет в жизни зла,
Пока в поэзии, в природе,
Звонят, звонят колокола.
И звон плывет над Святогорьем,
Пасхальный звон, предвечный миг.
Мать умерла, и в этом горе
Он цену бытия постиг. "

(Николай Пересторонин)
Надежда Осиповна Пушкина умерла раньше сына - в 1836 году, в возрасте 61 года.

http://www.vk-smi.ru/archiv/2014/yanvar/010/pushkin-eto-ochen-lichnoe.htm

Николай ПЕРЕСТОРОНИН

* * *

Неразговорчива удача,
И жизнь молчанием права,
А я всё думаю иначе,
Как будто что-то ещё значат
Твои слова, мои слова.
Жизнь повторяется не часто,
Честней с собою надо быть.
Не докричаться – домолчаться,
Не завоёвывать – любить.

* * *

Этот мир, голубой и зелёный,
Поднебесный, предвечный,
земной,
Отзовётся на взгляд изумлённый
Светлой женщины рядом со мной.
И ответного чувства блаженство
Вдруг покажется светом во мгле.
Оттеняя её совершенство,
Я побуду ещё на земле.

http://www.nev-almanah.spb.ru/2004/3/perestonin37.shtml