October 7th, 2014

Фёкла Заревница: «С Фёклы дни быстро убывают, ночи темнеют»

image
Б. Кустодиев. Молотьба. 1908


Фёкла Заревница, День Феклы, Запрядальная, Именины Овина, Замолотки
В этот день убирали оставшуюся на грядках свёклу: "Фёкла, дергай свёклу".
С Фёклы дни быстро убывают, ночи темнеют.
В старину верили: в этот день всё, что завяжешь, — не развязать, то есть крепким счастье будет, а свадьба — доброй.
Если кто-либо не трогал руки девичьей, не брал принесённый девицей калач, то девушка решала: сидеть ей в девках, мыкаться у печи, у квашни не хозяйкой быть. Коли холодная зыбь руки касалась, было поверье, что идти девице за бедного. А тёплым, лохматым покажется прикосновение — возьмёт в жены человек состоятельный.
Дни в октябре заметно укорачиваются, ненастье поторапливает незавершенные дела. На крестьянских гумнах, в ригах в это время шла молотьба еще засухо свезенных под крышу хлебных снопов. Молотьбу начинали с полуночи. А перед этим собирались вокруг "именинного" огня с песнями и угощеньями. Вокруг светло как днем: зарево в округе от осенних костров, выжигается сухая трава и при свете которых начинали обрабатывать хлебные снопы . От этих-то огней или зарев святая Фекла и получила имя заревницы.
Считалось, что все узлы, завязанные в этот день – не развяжутся не при каких обстоятельствах. Потому и считалось, что крепким счастье будет, а свадьба доброй, поэтому и спешили молодые к знахарям в этот день, чтобы они счастье "вывязали". К этому дня молодые старались или помолвку совершить или свадьбу справить.
"С Феклы Заревницы ночи темны, день быстро убывает, а зори становятся багряными". "Начинается заметная убыль дня: день убегает уже не куриными и не лошадиными шагами, а скоком жеребчиным". "Много желудей на дубе - к теплой зиме и плодородному (хлебному) лету". "Чем больше бывают муравьиные кучи, тем суровее будет зима". "С какого дня в октябре установится ясная погода, с такого числа в апреле откроется весна".
На Феклу женщины старались хоть немного попрясть: это сулило удачу в домашних делах. Работы было много, а времени на нее – мало. Не управлялись малосемейные, вдовы и немощные. И в день Феклы-заревницы повсюду устраивались "помочи".

Маргарита Алигер

***

Светлые, прозрачные глаза
Твёрдости остывшего металла...
Не о вас ли много лет назад,
Смолоду, я думала, мечтала?

Поздно мне пришлось вас повстречать,
Да и посветили вы мне скупо...
Что же, мне об этом закричать?
Зарыдать?
Не стоит.
Поздно.
Глупо.

***

Да и нет

Если было б мне теперь
восемнадцать лет,
я охотнее всего
отвечала б: нет!

Если было б мне теперь
года двадцать два,
ч охотнее всего
отвечала б: да!

Но для прожитых годов,
пережитых лет,
мало этих малых слов,
этих «да» и «нет».

Мою душу рассказать
им не по плечу.
Не расспрашивай меня,
если я молчу.

Аполлон Александрович Григорьев

image


Аполлон Григорьев. С фотографии, находившейся в фойе Александринского театра в Санкт-Петербурге

О, говори хоть ты со мной,
Подруга семиструнная!
Душа полна такой тоской,
А ночь такая лунная!

Вон там звезда одна горит
Так ярко и мучительно,
Лучами сердце шевелит,
Дразня его язвительно.

Чего от сердца нужно ей?
Ведь знает без того она,
Что к ней тоскою долгих дней
Вся жизнь моя прикована...

И сердце ведает мое,
Отравою облитое,
Что я впивал в себя ее
Дыханье ядовитое...

Я от зари и до зари
Тоскую, мучусь, сетую...
Допой же мне - договори
Ты песню недопетую.

Договори сестры твоей
Все недомолвки странные...
Смотри: звезда горит ярчей...
О, пой, моя желанная!

И до зари готов с тобой
Вести беседу эту я...
Договори лишь мне, допой
Ты песню недопетую!

1857



http://www.liveinternet.ru/users/lan_ka_k/post146202577

Рене Сюлли-Прюдом

image

Нобелевскую премию не дают ни математикам, ни дворникам.

Георгий Александров

Нобелевская премия по литературе была присуждена впервые в 1901 году. Человеком, первым получившим эту премию, стал поэт Рене Сюлли-Прюдом (1839–1907). В то время он был широко известным в академических и литературных кругах, но впоследствии ситуация изменилась, и теперь о нём мало что известно даже на его родине, во Франции. Помимо получения первой в истории Нобелевской премии в области литературы, он также основал премию для молодых французских поэтов.

У поэта была сложная жизнь. С рождения у него была серьёзная болезнь глаз, и из-за этого ему пришлось отказаться от карьеры инженера. Публиковаться он стал с 1865 года, и сразу заслужил признание во Франции. Через пять лет, буквально в течение нескольких дней, умирают его мать, дядя и тётя. В том же 1870 году начинается франко-прусская война, и Рене идёт добровольцем в армию. Во время осады Парижа у него произошло значительное ухудшение и без того слабого здоровья: у него отнялись ноги. С тех пор он тяжело болеет. Умирает Сюлли-Прюдом на своей вилле в 1907 году.

Лирика поэта пронизана всеми его личными экзистенциальными переживаниями, глубоким жизненным опытом. В его стихотворениях часто встречаются мотивы любви, в том числе неразделённой, разбитой, вечной.

Многие в том году были против кандидатуры Прюдома и выступали в поддержку «более талантливых литераторов», например, Льва Толстого. Однако премия была присуждена Сюлли-Прюдому. В то время поэт был популярен в России, его стихотворения были переведены на русский язык такими авторами, как Анненский и Апухтин. Последний перевёл одну из самых знаменитых работ Сюлли-Прюдома, стихотворение «Разбитая ваза»:

Ту вазу, где цветок ты сберегала нежный,
Ударом веера толкнула ты небрежно,
И трещина, едва заметная, на ней
Осталась… Но с тех пор прошло не много дней,
Небрежность детская твоя давно забыта,
А вазе уж грозит нежданная её беда!
Увял её цветок; ушла её вода…
Не тронь её: она разбита.

Так сердца моего коснулась ты рукой –
Рукою нежной и любимой, –
И с той поры на нём, как от обиды злой,
Остался след неизгладимый.
Оно как прежде бьётся и живёт,
От всех его страданье скрыто,
Но рана глубока и каждый день растёт…
Не тронь его: оно разбито.

<1883>

http://newlit.ru/~babinova/4718.html

Призрачна высь. Своим доспехом медным
Средь ярких звезд и ласковых планет
Горит луна. А здесь, на поле бледном,
Я полон грез о той, которой нет;

Я полон грез о той, чья за туманом
Незрима нам алмазная слеза,
Но чьим лучом, земле обетованным,
Иных людей насытятся глаза.

Когда бледней и чище звезд эфира
Она взойдет средь чуждых ей светил, -
Пусть кто-нибудь из вас, последних мира,
Расскажет ей, что я ее любил.

Перевод И. Ф. Анненского

<1899>

image