May 16th, 2014

Ещё майская ночь


Какая ночь! На всём какая нега! 
Благодарю, родной полночный край! 
Из царства льдов, из царства вьюг и снега 
Как свеж и чист твой вылетает май! 

Какая ночь! Все звёзды до единой 
Тепло и кротко в душу смотрят вновь, 
И в воздухе за песнью соловьиной 
Разносится тревога и любовь. 

Берёзы ждут. Их лист полупрозрачный 
Застенчиво манит и тешит взор. 
Они дрожат. Так деве новобрачной 
И радостен и чужд её убор. 

Нет, никогда нежней и бестелесней 
Твой лик, о ночь, не мог меня томить! 
Опять к тебе иду с невольной песней, 
Невольной - и последней, может быть. 


Афанасий Фет 

(no subject)

 

…Ей только недавно минуло шестнадцать лет. «Я полюбил ее, голова у меня закружилась, я сделал предложение, — вспоминал он впоследствии в письме к ее матери,— ваш ответ при всей его неопределенности (Пушкину не было совсем отказано, но ему, сославшись на молодость Натали, сказали; что еще рано говорить о ее замужестве.), на мгновение свел меня с ума; в ту же ночь я уехал в армию...» 

Пушкин уехал в действующую армию на Кавказ. Там в мае 1829 года было написано первое стихотворение, которое связывают с именем Натальи Николаевны Гончаровой:
 


* * * 


На холмах Грузии лежит ночная мгла: 
Шумит Арагва предо мною. 
Мне грустно и легко; печаль моя светла; 
Печаль моя полна тобою, 
Тобой, одной тобой... Унынья моего 
Ничто не мучит, не тревожит, 
И сердце вновь горит и любит — оттого, 
Что не любить оно не может. 


15 мая 1829

Дж.Китс. Ода к соловью



...Как это ночь нежна!                                                                                 

Там где-то властвует луна; привет

Несут ей звезды дальние толпой -

Но здесь она нам не видна,

Лишь ветерок колышет полусвет

Сквозь мглу ветвей над мшистою тропой.

 Не видно, что льет легкий аромат -

Ковер цветов от взоров тьмой сокрыт -

В душистой тьме узнаешь наугад,

Чем эта ночь весенняя дарит

Луга и лес: здесь диких роз полно,

Там бледная фиалка в листьях спит,

Там пышная черемуха бела,

И в чашах росное вино

Шиповник идиллический таит,

Чтоб вечером жужжала в них пчела.

 

Игорь Северянин

СОНЕТ 

Пейзаж ее лица, исполненный так живо
Вибрацией весны влюбленных душ и тел,
Я для грядущего запечатлеть хотел:
Она была восторженно красива.

Живой душистый шелк кос лунного отлива
Художник передать бумаге не сумел.
И только взор ее, мерцавший так тоскливо,
С удвоенной тоской, казалось, заблестел.

И странно: сделалось мне больно при портрете,
Как больно не было давно уже, давно.
И мне почудился в унылом кабинете

Печальный взор ее, направленный в окно.
Велик укор его, и ряд тысячелетий
Душе моей в тоске скитаться суждено.



***



Мне плакать хочется о том, чего не будет,
Но что, казалось бы, свободно быть могло...
Мне плакать хочется о невозможном чуде,
В твои, Несбывная, глаза смотря светло...

Мне плакать хочется о празднике вселенском,
Где справедливость облачается в виссон...
Мне плакать хочется о чем-то деревенском,
Таком болезненном, как белый майский сон.

Мне плакать хочется о чем-то многом, многом
Неудержимо, безнадежно, горячо
О нелюбимом, о бесправном, о безногом,
Но большей частью — ни о ком и ни о чем...

Натали Пушкина

 

Художник И. К. Макаров, 1849 год.

Дочь великого русского поэта не стала принцессой, но прожила жизнь, которой хватило бы на сюжет не одного романа. После ее смерти не осталось ни креста, ни плиты. Будто и не было ни слез, ни жизни, ни любви…


Она была действительно принцессой, так как являлась морганатической супругой принца Николая Вильгельма Нассауского. Провела полжизни за границей. И почти не помнила своего отца, великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина. Да и как она могла его помнить? Ко дню его гибели ей едва исполнилось 8 месяцев. А после несчастья ее почти сразу увезла из Петербурга мать в свое родовое имение Полотняный Завод, Калужской губернии. Там и росла она, окруженная заботами родных. Воспитывалась гувернантками, матерью. Никакие строгости и наказания не унимали ее живого, веселого характера. «Бесенок Таша» - так называла ее мать... Впрочем, она отличалась хорошими манерами, прекрасным знанием французского и русского языка, и уже в 13 лет поражала окружающих характерной красотой, которая запечатлена на портрете известного русского художника И. Макарова. Искусствовед-пушкинист Е. Павлова так пишет об этом портрете: «Она очень хороша и похожа на Пушкина. По крутому повороту головы и твердому взгляду можно заключить о твердом решительном характере». Куда уж решительнее! В 16 лет, вскоре после выпуска из пансиона (уже живя в Петербурге, куда мать с детьми вернулась в 1842 году) она влюбилась безумно в графа Николая Орлова - сына всесильного шефа жандармов, главы III отделения, А.Ф. Орлова (преемника Бенкендорфа). Но А.Ф. Орлов с Пушкиным, даже через пятнадцать лет после его смерти, родниться не желал: ровня разве графскому сыну, блистающему в свете, дочь какого-то там поэта, да еще убитого на дуэли.

В феврале 1853 года Наталья Александровна стала женой подполковника Михаила Леонтьевича Дубельта, сына того самого начальника штаба корпуса жандармов Л.В. Дубельта, которого продажный Фаддей Булгарин называл «отцом командиром» и который опечатывал кабинет отца по высочайшему повелению, а потом разбирал бумаги поэта.

С юности Наталья Александровна блистала в свете, как и ее мать. Она поражала современников своей необыкновенной привлекательностью, ее называли «прекрасной дочерью прекрасной матери», «очень эффектной брюнеткой», «экзотически красивой женщиной». Многие утверждали, что красота «Натальи Александровны еще обаятельнее красоты ее матери», что дочь Пушкина «в свои молодые годы яркой звездочкой сияла в столичном свете». Сын известного романиста Загоскина рассказывал: «В жизнь мою я не видал женщины более красивой, как Наталья Александровна, дочь поэта Пушкина. Высокого роста, чрезвычайно стройная, с великолепными плечами и замечательною белизною лица, она сияла каким-то ослепительным блеском. Несмотря на мало правильные черты лица, напоминавшего африканский тип ее знаменитого отца, она могла назваться совершенною красавицей, и если прибавить к этой красоте ум и любезность, то можно легко представить, как Наталья Александровна была окружена на великосветских балах и как около нее увивалась вся щегольская молодежь в Петербурге».

Умерла графиня в 1913 году во французском городе Канне, в доме дочери - графини Софии Тоби.

Последние дни ее жизни были омрачены одним обстоятельством. После смерти мужа Натальи Александровны царствующий герцог Нассауский заявил, что не дозволит похоронить морганатическую жену в их родовом склепе. Наталья Александровна, возмутившись, взяла обещание с зятя, чтобы ее сожгли и пепел высыпали в склеп над гробом мужа. Так и было сделано. Ее дочь в России, узнав о предстоявшей кремации, через дипломатические каналы обратилась к германскому правительству с просьбой дать ей и членам семьи похоронит мать по православному обряду. Но ей было отказано на том основании, что нельзя нарушить завещание.

От второго, счастливого, брака у Натальи Александровны осталось трое детей - София, Александра, Георг Николай. Потомки Пушкина по этой линии и сейчас живут за рубежом.


Наталья Александровна написала автобиографический роман о своей жизни .

История его такова: Граф фон Меренберг, правнук А. С. Пушкина, получил в наследство от своей тетки листы старой бумаги с готическим немецким текстом. В 2002 году дочь графа фон Меренберга Клотильда установила, что рукопись принадлежит перу её прабабушки Натальи Александровны Пушкиной.


Автор: Владимир Рогоза 
Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-14537/
© Shkolazhizni.ru

http://ekonom-fak.livejournal.com/1603333.html

Принцесса Монако

 

Грейс Келли - американская актриса, снявшаяся всего в 11-ти фильмах, однако занявшая прочное место в истории кино. Американский институт киноискусства включил Грейс Келли в число 25-ти величайших актрис, внесших наибольший вклад в развитие американского кинематографа.
Грейс Келли получила не меньшую известность в качестве княгини Монако , которой она стала в 1956 году, выйдя замуж за князя Монако Ренье III. В качестве княгини Монако Грейс Келли стала иконой стиля. В 2001 году английский журнал Vogue опубликовал список ста самых элегантных женщин всех времен и первое место в этом списке заняла Грейс Келли.

Грейс Келли — единственная голливудская актриса, которая столь естественно и изящно носила белые перчатки. Даже наедине с собой она оставалась неизменно гламурной и элегантной.

Томми Хилфигер

 

Фильм вчера посмотрела, у нас он уже идет в кинотеатрах...но зал был совсем пустой...

И я ожидала лучшего.

Мне нравится...

 

В такой же весенний день Марина Цветаева написала два стихотворения, по привычке поставив под каждым дату "16 мая 1915 года", не подозревая, что десятилетия спустя они обретут новую, долгую жизнь… на киноэкране. Помните, в "Иронии судьбы…"? Мне нравится, что Вы больны не мной, /Мне нравится, что я больна не вами… 
Второе стихотворение начиналось так: 

Хочу у зеркала, где муть 
И сон туманящий, 
Я выпытать — куда Вам путь 
И где пристанище. 

 

ПЕРВАЯ СИРЕНЬ

Запах детства у первой сирени,
Обещаний туманных привет.
Даже бед промелькнувшие тени
Излучают сиреневый свет.

Жизнь, ты пахнешь сиренью в начале!
Для чего? — глуповат мой вопрос.
Чтоб любили тебя, изучали, 
Чтобы мир развивался и рос.

Чтобы голос, что еле нам слышен,
Утешая, настойчиво звал,
Чтобы статуя высилась в нише,
Чтобы облако плыло в канал.

Чтоб манила сезонная к лету
Распродажа и клен под окном
Шелестел, и тянулся к рассвету,
И мешался с предутренним сном.

И когда этот запах, вобравший
Опыт жизни, слетает с куста,
Он как брат многоопытный старший
Рад свиданью, целует в уста.

Словно после глубокой разлуки
Возвратился домой, не устал,
Все, что было, берет на поруки

И счастливый пророчит финал.


Елена Ушакова

http://magazines.russ.ru/zvezda/2009/3/ush2.html