Лилианна Сашина
mary_hr5
Август

...
Август – ласков и степенен –
студит в росах телеса;
разговорчивых ступеней
различимы голоса.
У колодца жизнь проснётся –
звякнет-брякнет поутру –
вновь со дна смурное солнце
черпать старому ведру.
Петушиные тирады.
Бремя яблонь. Пруд – речист.
Жесть над низенькой верандой
ловит первые лучи.

...
Скошен, высушен и сложен
в невысокие стога;
васильки, вьюнок, горошек
окаймляют берега
жёлтой речки – ниже-ниже
гнётся колос ржавой ржи –
то взъерошит, то оближет
ветер,
дальше побежит.

...
Что-то лопнет, что-то треснет
и пойдёт полосовать
колко, ярко.
Чаще, резче –
ливень больно нагловат –
вытанцовывает лихо
мелко,
дробно,
колесом.

Присмирев чуть-чуть,
затихнет,
и опять
наискосок
так хлестнёт, что впору ахать
над случившейся рекой:
точно белая рубаха,
прополоскан день-деньской.



"Всё в жизни – гибко, подвижно, и даже формула счастья не так однозначна, как оказалось, кроме того, случается удивляться, случаются чудеса – большие и маленькие: улыбка дорогого человека, бабочка, заснувшая в шторах, доброе слово от незнакомого читателя, стихи, навестившие с утра."
Лилианна Сашина

https://45parallel.net/lilianna_sashina/

Перси Биши Шелли «Вечер»
mary_hr5
Ponte al Mare, Pisa

I

День закатился. Ласточки уснули.
Шныряют в серой мгле нетопыри.
Гулять выходят жабы. В смутном гуле
Слились все звуки. Тусклый свет зари
Погас на кровлях. Тень легла ночная,
И в летнем сне недвижна зыбь речная.

II

Нет сырости и в поздний этот час,
Трава суха, на листьях ни росинки.
Сухой и легкий ветер всякий раз
Вздымает пыль, соломинки, былинки,
Закружится и стихнет, и одна
По улицам блуждает тишина.

III

Домов, церквей, оград изображенья
В себе колышет и несет вода.
В недвижном беспокойстве отраженья
Дрожат, не исчезая никогда.
Взгляни на эту зыбь, на эти стены:
Ты стал другим, они же неизменны.

IV

И сизые над бездной облака,
Где солнце, скрывшись, новой ждет Авроры,
Они - как груда гор издалека,
Но множатся и мчатся эти горы.
А там, в пространстве, синем, как вода,
Уже горит вечерняя звезда.

Перевод В.В.Левика

Эмили Дикинсон - женщина в белом
mary_hr5
***
А было это – видит Бог –
Торжественное дело –
Стать непорочной тайною –
Стать Женщиною в Белом –

Святое дело – бросить жизнь
В бездонную пурпурность
И ждать – почти что Вечность – ждать –
Чтобы она – вернулась.

Эмили Дикинсон



За Эмили Дикинсон водилось много странностей. Ее неизменное белое платье или замкнутый образ жизни, когда она даже с друзьями разговаривала из-за полуоткрытой двери. Наконец, главное, поэтесса, впоследствии признанная гением американской литературы, при жизни так и осталась практически никому неизвестной.

Читать дальше...Дикинсон полностью осознавала силу мистического образа, который она создавала. Она даже написала это безымянное стихотворение, вероятно, в 1861 году, о своей персоне: Святой судьбе себя вручить. Признай своей, Господь – Мой белый цвет мне век нести, А дальше Вечность ждет. В колодец пурпурный без дна Жизнь бросить – мне ее, Доколе Вечность не пришла, Не нужно все равно. Блаженство так ли велико, Не знала я, пока Огромность контуров его Не тронула рука. Мне и сейчас твердят: «Да брось, Такая жизнь мелка»! Но взбух под ризой Горизонт, И я смеюсь: «Мелка»! (перевод Алекса Грибанова) Поэзия Эмили Дикинсон является связующим звеном между ее временем и литературой конца XIX века. Яростная сторонница индивидуализма, она родилась и провела всю свою жизнь в маленькой деревушке Амхерст, штат Массачусетс. Всю жизнь она оставалась незамужней и вела весьма необычную жизнь. Внешне эта жизнь была небогата событиями, но полна внутреннего напряжения. Она любила природу и черпала вдохновение у природы Новой Англии - у птиц, животных, растений; искала его в смене времен года. Дикинсон провела вторую половину жизни затворницей - отчасти в силу своей чрезмерно чувствительной натуры и, возможно, чтобы иметь время для сочинения стихов (иногда были периоды, когда она писала по стихотворению каждый день). Литературное наследие Эмили Дикинсон – около тысячи восьмисот стихотворений, большая часть которых была найдена в комоде после ее смерти, и три тома писем, многие из которых не менее замечательны, чем ее стихи. Пчёлы, бабочки, шмели улетучились вдали. Потускнела вся трава, и деревья – как дрова, и цветы завяли; и цвели едва ли. Ствол осины бел и сух. Изваяния старух на порогах клонит в сон под постриженный газон. Не глядит в жилища небо-пепелище. Вот опять, опять, опять медленно – за пядью пядь – Эмили идёт сюда в белом платье, как всегда, в роще пропадая, и совсем седая. Двадцать, тридцать, сорок лет белый цвет на ней одет. Времена – какой пустяк: в пальцах стебель не иссяк, обрываясь астрой – старой, но прекрасной. Нет ни бабочек, ни пчёл. Ей известно – что почём – правды смертная цена – чёрных прядей седина: и холмы и поле – изваянье боли. Александр Величанский Collapse )

Спокойной ночи!)
mary_hr5


Яцек Йерка (польск. Jacek Yerka, настоящая фамилия Ковальский; род. 1952, Польша) — художник-иллюстратор.

Тадеуш НОВАК
mary_hr5
ПЕЙЗАЖ С ИВОЛГОЙ

Здесь и безмолвное красноречиво.
Спит голубая прохлада в озерах,
в росчерках ласточек роспись обрыва.
День заблудился в лесах заозерья,
свет шелестит, и под лиственный шорох
в чаще медведями бродят поверья.

Здесь засыпал я в обнимку с травою
и на заре во мне иволга пела,
вот и теперь, за тропой луговою,
слышу, как эхо напутствует реки
всем окоемом, который всецело
птицам доверен и нашей опеке.

Вечером сосны сбегают к дороге,
мелет ветряк сновиденья округи.
Пришлый слепец обивает пороги
с поводырем и псалмом монотонным.
Тонут холмы, облака и яруги -
мир, усыпленный зеркальным затоном.

Край наш, как после грозы, все безмолвней,
все еще веток касаешься робко,
словно притронулся к фосфору молний.
Эту грозу не сыграть на свирели.
Кончится день чечевичной похлебкой,
первой звездой и усталостью в теле.

Все-таки край наш кому-то приснится
весь целиком, с ветряком и корчмою,
с поводырем и конем у криницы.
Птица сквозь сон перекликнется с эхом,
и, приглушая зарю полутьмою,
ночь себе гнезда совьет по застрехам.

Смерклось, лишь майская ночь до рассвета
тронет свирель, замолкает и снова
вторит реке, что затеряна где-то,
и лишь молва о ней ходит глухая,
будто река эта цвета лесного
и ни о чем говорит не стихая.

Перевод с польского Анатолия Гелескула
http://magazines.russ.ru/inostran/2009/4/no3.html


Читать дальше...Тадеуш НОВАК (польск. Tadeusz Nowak, 11 ноября 1930, деревня Сикожице гмины Ветшиховице (Малопольское воеводство) — 11 августа 1991, Скерневице) Родился в крестьянской семье в деревне Сикожицы в Карпатах. В годы оккупации был связным партизанского отряда. Окончил гимназию в Тарнове. В 1949-1954 учился в университете в Кракове. Жил в Кракове, а с 1977 в Варшаве. Первые книги стихов — 1953, 1954. Подлинным рождением его как поэта была третья книга — «Пророки уже уходят» (1956). Вершина его поэтического творчества — книга «Псалмы» (полное издание — 1980). Переводил Есенина. Выдающийся поэт, но и крупный прозаик. Несколько книг его прозы вышли по-русски. Здесь стихи из книг 1956-1964 годов и из книги «Псалмы». Переводы Астафьевой. ПСАЛОМ О ЛЕТЕ Кочевало степями славянское лето белым посохом зноя ведущее в зелень Муравью иль волу поклониться за это что в полях калачи золотые созрели Взяв под мышку калач убегаем в березы где сонливость томит разливаясь широко там украшены лентами дикие козы скрыто веком ветвей Провидения око Сумрак манит нас верой забытой и дикой от церквей и от кладбищ уходим в былое наш умерший стократно чернеет черникой терпко щиплет язык нам как свежая хвоя С нами с нами он здесь в гуще леса и лета лес и лето ведь именно этим и мудры а потом паутинка прицепится где-то желтый листик береза вплетет в твои кудри https://tataing.wordpress.com/2018/05/07/польская-поэзия-тадеуш-новак/Collapse )

[reposted post]Фестиваль водных фонариков
лето
galina_rm
reposted by mary_hr5
Этот фестиваль шагает по стране уже четвертый год, а берет свое начало в Петербурге.
К нам они приехали на два дня. Музыканты и фонарики!)
10 и 11 августа, 21:00 – парк за Саймой.
В миг, когда скрипка зазвучит в безмолвном парке, аккуратно расправь лепестки водного фонарика, зажги свечу и, опуская фонарик на воду, загадай свое самое сокровенное желание.
Романтика окутает парк всего на два вечера: завораживающая музыка, сказочная атмосфера и тысячи фонариков на водной глади.

Увидела анонс этого события, разве можно было не пойти?
Ночные фотографии мне не удаются, но что получилось, то получилось.
В 21.00 было еще довольно светло, солнца уже было где-то за горизонтом, только его лучи золотили небо.

Read more...Collapse )

(no subject)
mary_hr5
****
Нынче вечер розовый, молоком разбеленный
Опустился бережно в серебро полей,
Он зевает сладостно, тянется он медленно,
Сказкою волшебною ляжет в колыбель.

Соберёт все звёздочки в маленькие горсточки
И зажжёт он жёлтую лампу из луны,
Шалью - паутинкою принарядит ёлочки,
И платки сиреневые бросит на кусты.

Свежими, душистыми простынями стелиться
На цветы уставшие тишиной своей,
И с травой заплаканной пенкою поделится
Белою, туманною, до утра хоть пей.

Ласковою кошкою, мягкой лапкой черною,
Поскребет в окошко мне, тихо в дом зайдет,
Усыпит усталую, усыпит влюбленную,
Ляжет рядом на руку и поет, поет...


Елена Кирьянова
https://www.stihi.ru/2018/05/27/8461

Бездомность Пушкина извечна и горька...
mary_hr5
Бездомность Пушкина извечна и горька,
Жилья родного с детства он не помнит —
Лицейский дортуар без потолка,
Сырые потолки наёмных комнат,

Угар вина и карточной игры.
Летит кибитка меж полей и леса.
Дома — как постоялые дворы,
Коломна, Кишинёв или Одесса.

Весь скарб нехитрый возит он с собой:
Дорожный плащ, перо и пистолеты, —
Имущество опального поэта,
Гонимого стремительной судьбой.

Пристанищам случайным нет конца,
Покоя нет от чужаков суровых.
Михайловское? — Но надзор отца.
Москва, Арбат? — Но скупость Гончаровых.

Убожество снимаемых квартир:
Всё не своё, всё временно, всё плохо.
Чужой, не по летам его, мундир,
Чужая неприютная эпоха.

Последний дом, потравленный врагом,
Где тонкие горят у гроба свечи,
Он тоже снят ненадолго, внаём,
Который и оплачивать-то нечем.

Дрожащие огни по сторонам.
Февральский снег восходит, словно тесто.
Несётся гроб, привязанный к саням, —
И мертвому ему не сыщут места!

Как призрачен любой его приют! —
Их уберечь потомкам — не под силу, —
Дом мужики в Михайловском сожгут,
А немцы заминируют могилу.

Мучение застыло на челе —
Ни света, ни пристанища, ни крыши.
Нет для поэта места на Земле,
Но вероятно, «нет его и выше».

Александр Городницкий






(Федоскинская лаковая миниатюрная живопись от известного мастера Валентины Смоленской)

(no subject)
mary_hr5
Катится небо, дыша и блистая...
Вот он - дар Божий, бери не бери!
Вот она - воля, босая, простая,
холод и золото звонкой зари!

Тень моя резкая - тень исполина.
Сочные стебли хрустят под ступней.
В воздухе звон. Розовеет равнина.
Каждый цветок - словно месяц дневной.

Вот она - воля, босая, простая!
Пух облаков на рассветной кайме...
И, как во тьме лебединая стая,
ясные думы восходят в уме.

Боже! Воистину мир Твой чудесен!
Молча, собрав полевую росу,
сердце мое, сердце, полное песен,
не расплескав, до Тебя донесу...


В. Набоков


худ.Сергей Ковальчук

(no subject)
mary_hr5
Мне нравятся платья до пят,
как бабочки шёлковый кокон.
И если тихонько скрипят
в грозу деревянные окна,
и чей-то на отмели след;
горящие алым поленья;
мне нравится шорох газет,
которых касается время...

Когда замолкает вокруг
волна у морского причала,
мне чудятся тени разлук,
которые я изучала.
Чего-то окончена треть,
о чем-то уже не поспорить.
Мне нравится тихо взрослеть
у самого берега моря...

Весна постаревших картин
моё мирозданье лелеет.
Мне нравится просто пройти
во мраке безлюдной аллеи.
И воздух глотая, как жар,
в ночные запутаться сети.
Не бойся, меня сторожат
все звезды над городом этим.

Мне нравится бусы и шёлк,
закаты в сиянии красном.
И, кажется, всё хорошо.
И, вроде бы, всё не напрасно.
Смотрела бы молча луна,
как шаг мой упрям и неточен.
И кто-то сказал бы: Она
мне нравится, нравится очень...

Алёна Васильченко



https://www.stihi.ru/2018/08/08/120

?

Log in

No account? Create an account